Администрация Трампа официально реанимировала «доктрину Монро», обозначив Западное полушарие как сферу исключительных интересов США и закрыв двери для Китая. Однако главной геополитической мишенью в этом регионе становится не внешний соперник, а собственные партнеры. История с Гренландией — это не эксцентричная причуда, а симптом глубинного кризиса. Вопрос о датской автономии мгновенно превратился в проблему США–ЕС и потенциальный раскол внутри НАТО. Показательно: чтобы противостоять Китаю и России, Вашингтон готов подорвать собственный альянс.
Этот случай — лишь верхушка айсберга. Агрессия против Венесуэлы, ультиматумы Дании, давние взгляды на Панамский канал и Канаду — всё это элементы одной мозаики. Соединенные Штаты методично разрушают порядок, который сами же и создали после Второй мировой войны. Этот порядок всегда был иерархичным: США нападали на Вьетнам, Ирак, Ливию, устраивали перевороты в Южной Америке, а союзники в Европе молчаливо одобряли, получая безопасность под американским зонтиком. Теперь логика меняется. Операции Трампа в Венесуэле и вожделение Гренландии — это атаки «отступающей империи», попытка удержаться на обломках рушащейся системы. Как метко заметил мой старший коллега Хазан Бёгюн, это «требование США о переделе».
Арктика — эпицентр будущей борьбы. Таяние льдов открывает не только ресурсы, в том числе редкоземельные, но и новые маршруты. Контроль над Гренландией дает контроль над воротами в Арктику. Поэтому Вашингтон, прикрываясь «китайской и российской угрозой», нацеливается на остров. И делает это с циничной откровенностью. Главный идеолог Трампа Стивен Миллер через голову Копенгагена грозит пальцем всему альянсу: «Гренландия будет принадлежать Соединенным Штатам, и никто не станет воевать с США из-за этого».
В этой фразе — вся суть «атлантической солидарности». Коллективные статьи договора НАТО работают ровно до тех пор, пока этого хочет Вашингтон. США — не первый среди равных, а босс. Именно поэтому совместное заявление лидеров Франции, Германии, Великобритании и других стран оказалось столь робким. Они не могут открыто предупредить Вашингтон. Они парализованы. Трамп посягает не на врага, а на владения союзника, обнажая истинную природу блока.
В Турции много лет говорят, что источником угрозы являются империалистические США, и объясняли, почему НАТО — не их щит. Туркам возражали: «Оставаясь в альянсе, Турция защищается от США». Теперь реальность говорит за нас. Операции по подрыву турецкой экономики и ультиматумы Дании доказывают: демократия в НАТО заканчивается там, где начинаются интересы США. Альянс не защитит члена от своего лидера.
Трамп перевел вопрос в плоскость открытой угрозы: «Не отдадут по-хорошему — я подорву экономику Дании». В ответ премьер-министр Метте Фредериксен отчаянно напоминает о 4-й и 5-й статьях договора, давая понять: нападение на Данию будет концом НАТО.
План Вашингтона уже в действии. Первая фаза — тайные операции по влиянию на гренландское общество, подогрев сепаратизма с последующим «щедрым предложением», будь то покупка или договор о свободной ассоциации. Военная сила — крайний, но озвученный вариант. И здесь — главное противоречие. Как отмечает бывший посол США Майкл Макфол, все стратегические цели — база, ресурсы, сдерживание — достижимы и без аннексии. Зачем тогда этот риск?
Ответ, возможно, лежит в плоскости личного тщеславия и исторического наследия. Трамп хочет войти в историю как президент, «расширивший территорию США». Его заявление New York Times о том, что его власть ограничена лишь «его собственной моралью», а международное право ему «не нужно», снимает все покровы. Правит бал не стратегическая необходимость, а воля одного человека, который считает, что может перекраивать карту силой.
Ирония в том, что, обсуждая в Париже «гарантии безопасности для Киева по образцу НАТО», Вашингтон одновременно угрожает силой отобрать территорию у союзника по тому же НАТО. Этот цинизм — итог эпохи. Если раньше имперская политика США была направлена вовне, то теперь, когда мир стал многополярным, а ресурсы — дефицитными, империя начинает пожирать свои периферии. Союзники превращаются в добычу.
Конец этой истории предрекает крах самих основ трансатлантического мира. Кто после этого поверит в американские гарантии? Кто не задумается о собственном ядерном арсенале, как Канада, которую тоже судорожно сжимают в тисках между Аляской и будущей американской Гренландией?
Гренландия — не просто остров. Это тест на прочность мироустройства. И первые результаты показывают: система, построенная на гегемонии одной державы, рушится, а её лидер, вместо того чтобы чинить стены, начинает растаскивать дом на кирпичи. В конечном счете это путь к изоляции, а не к величию. Но, кажется, нынешних хозяев Белого дома это не останавливает. Их мораль и их разум — как они сами признают — единственный для них судья.