В российской системе несостоятельности наметился долгожданный сдвиг. В Госдуму внесен новый законопроект, который кардинально меняет философию банкротства: акцент смещается с ликвидации должников на их финансовое оздоровление. Первая масштабная попытка реформы «висит» в парламенте с 2021 года. Теперь — новая итерация, подготовленная Минэкономики совместно с депутатами и деловыми объединениями.
Почему это нужно сейчас?
Как пояснил первый замглавы Минэкономики Максим Колесников, сегодня даже эффективные предприятия сталкиваются с критической долговой нагрузкой, которую не могут обслуживать в краткосрочной перспективе. Потенциал для восстановления есть, а работающих инструментов закон не предоставляет. Новая версия реформы призвана исправить этот перекос.
Досудебная санация: договориться до суда
Ключевая новация — введение механизма добанкротной санации. Это соглашение между должником и кредиторами, которое позволяет реструктуризировать долг без запуска процедуры банкротства. Варианты: рассрочка, отсрочка, обязательство кредиторов воздержаться от исполнительных действий.
Санация может быть:
- Адресной — с одним или несколькими кредиторами.
- Комплексной — с кредиторами, на которых приходится более 50% требований. Такое соглашение утверждает суд, и оно становится обязательным даже для тех кредиторов, кто не участвовал в переговорах. Единственное условие: «молчуны» должны получить не менее 10% от суммы их требований.
Реструктуризация долгов: новая процедура вместо старой
Законопроект вводит полноценную процедуру реструктуризации долгов. Обратиться в суд могут как кредиторы, так и сам должник. Суд может одобрить реструктуризацию даже при возражениях кредиторов, если те не докажут, что должник пытается незаконно получить отсрочку для имитации банкротства, а экспертиза подтвердила реальную возможность восстановления платежеспособности.
При этом разработчики стали менее радикальными: ранее предполагалось, что реструктуризация заменит собой наблюдение, финансовое оздоровление и внешнее управление. В новой версии эти процедуры сохраняются.
Торги для миллиардеров: «качели» вместо молотка
Отдельный блок изменений касается продажи крупных активов. Изначально планировалось полностью отказаться от «классической» схемы (два этапа на повышение, затем — на понижение), которая часто признается несостоявшейся. В финальной версии новый механизм — торги-«качели» — предлагается только для лотов стоимостью от 1 млрд рублей.
Как это работает: лот трижды предлагается по начальной цене. Если никто не проявил интерес, стартует понижение — до первого же предложения. После этого цена снова идет на повышение. Победителем становится тот, кто сделал первое предложение, если никто не рискнул поднять ставку.
Реакция рынка: оптимизм с оговорками
Старший управляющий директор Сбербанка Евгений Акимов ожидает роста доли реабилитационных процедур. Управляющий партнер NOVATOR Legal Group Вячеслав Косаков уверен: добанкротная санация будет востребована, так как после введения наблюдения кредиторы обычно теряют интерес к диалогу. А судебный контроль, добавляет партнер Orchards Азат Ахметов, исключает возможность провести сомнительную сделку в ущерб независимым кредиторам.
Однако есть и скепсис. Партнер юрфирмы «Сотби» Антон Красников напоминает: прошлые реабилитационные инструменты «трудно приживались». Арбитражный управляющий Павел Замалаев указывает на главную проблему: владельцы бизнеса должны сами захотеть восстанавливать компанию, а это лежит в плоскости мотивации, а не права. Тем не менее, по его словам, положительный эффект будет — появится инструмент, который «кто-то точно захочет применить».
Что касается торгов, здесь мнения экспертов расходятся. Вячеслав Косаков называет изменения «точечной корректировкой», которая улучшит ситуацию, но радикального ускорения не даст. Павел Замалаев и вовсе недоумевает: «Идея правильная, но почему из-под ее действия исключили 90% лотов?» В текущей редакции, уверен он, эффекта не будет.
Резюме
Реформа банкротства наконец сдвинулась с мертвой точки. Должники получают новые шансы на реабилитацию, кредиторы — инструменты для цивилизованных договоренностей. Торговая часть изменений пока выглядит компромиссной, но сам вектор — от ликвидации к оздоровлению — задан верно. Время покажет, насколько новый механизм окажется жизнеспособным на практике.